Трибуна

Алматы
C
» » Этот приговор - сигнал всем несогласным

Этот приговор - сигнал всем несогласным

Этот приговор - сигнал всем несогласным

Мы продолжаем опрос общественного мнения по приговору Максу БОКАЕВУ и Талгату АЯНУ. Осуждение атырауских активистов подвергли жесткой критике политэмигрант Ержан ДОСМУХАМЕДОВ, культуролог Ерлан САИРОВ и правозащитник Айна ШОРМАНБАЕВА.


— Макса БОКАЕВА и Талгата АЯНА приговорили к пяти годам лишения свободы. Как вы оцениваете данный приговор? Как это отразится на доверии общества к власти?

Ержан ДОСМУХАМЕДОВ:

— Правящий режим заранее заготовил приговор. Из мести. Из страха. Для массового устрашения. Суд был лишь театрализованным представлением для международных СМИ. Как и в сталинскую эпоху, когда суды изображали законность, а по сути лишь придавали видимость правомерности пыткам, расстрелам и ГУЛАГу. Закон не был правом. Он был лишен справедливости и гуманизма. Он был превращен в орудие убийства оппонентов бесчеловечного режима. Доверие общества зиждется на договоре власти и народа. Стержень такого договора — не Конституция, которая в Казахстане меняется по прихоти авторитарной власти. Реальный стержень — нравственные ценности, которые отличают цивилизованное общество от варварского. Нравственность — душа, пронизывающая все клетки общества: народ, государство, законы, поведение чиновников, все социальные и экономические отношения. Без души нет жизни.
Когда государство начинает действовать вопреки базовым нормам морали, оно теряет связующую нить с обществом. Его авторитет и сила издаваемых им законов постепенно ослабевают до той самой точки, которая называется революцией. Вспомните, с чего началась «арабская весна» — с акта самосожжения простого уличного предпринимателя, доведенного до отчаяния местными чиновниками. Это была точка терпения общества, которое десятилетиями, как огромный сосуд, наполнялось каплями несправедливости со стороны правящего режима. Власть использовала все доступные инструменты: подкуп интеллигенции и духовенства, пропаганду, исламский менталитет населения, страх и подавление критического мнения и мышления. Все это лишь оттянуло смерть тунисского режима, но не спасло его. Потому что таймер его неминуемой смерти заключался в самой первичной клетке, ДНК власти — безнравственной и, следовательно, антинародной и античеловечной.
Приговор в отношении Макса БОКАЕВА и Талгата АЯНА — не капля, а многотонная волна, исходящая злостью власти, выплеснутая в казан терпения нашего народа. Власть уже даже не делала усилий изобразить видимость соблюдения фундаментального принципа судебного производства любого демократического общества: всесторонности, полноты и объективности. В порыве нескрываемого от общества бешенства она сначала нанесла ему пощечину руками своих бесноватых прокуроров в виде запрошенных ими восьми лет, но затем, увидев разгорающийся ропот общественности, нанесла вторую в виде пяти лет. Все эти действия власти не только наполнили до краев социальный сосуд терпения, но и резко подняли температуру в нем, приближая Казахстан к точке кипения. Она уже близка.

Ерлан САИРОВ:

— У любой власти всегда дилемма между сохранением «стабильности» и развитием общества. Это классическое противоречие. В данном случае власти решили показать характер. На самом деле уголовный состав в деле отсутствует. Это сигнал для особо ретивых. На мой взгляд, властям нужно поменять методы работы с населением. Нельзя делать упор на репрессивные механизмы. Нужно научиться вести диалог со всеми стратами общества. Другого пути просто нет.

Айна ШОРМАНБАЕВА:

— Приговор Максу БОКАЕВУ и Талгату АЯНУ вызван страхом перед обществом, которое заставило ввести мораторий на продажу земли. Они ярко выразили волю народа. Если наказывают тех, кто выражает интересы общества, то нет и доверия к власти.

— Является ли приговор за мирные митинги откатом от демократии? Почему власть пошла на такой неразумный шаг?

Ержан ДОСМУХАМЕДОВ:

— Эмбрион демократии, так и не ставший полноценным ребенком — прообразом цивилизованного государства, был убит властью в 1993 году. Покойный Заманбек НУРКАДИЛОВ подробно описал это трагическое убийство в своих воспоминаниях, за что и был казнен позже. Власть пошла на такой шаг по причине своей окончательной самодискредитации. Она уже не следует законам логики демократического и даже псевдодемократического общества, которое НАЗАРБАЕВ изображал все последующие годы после разгона парламента в 1993 году. Правящий режим уже открыто следует законам авторитаризма, самосохранения и максимальной пролонгации своего существования. Если ранее власть еще старалась дурить народ, прикидываясь демократизирующейся, то 28 ноября 2016 года она скинула маску, не реагируя на всеобщий шок. Конечно, после предстоящего шквала протеста со стороны международных СМИ и правозащитных организаций Акорда вновь постарается, очнувшись от угара победной расправы, вновь натянуть маску развивающегося демократического младенца с «азиатской особенностью», однако это навряд ли сильно ей поможет в этот раз.
Приговор Максу и Талгату — врата наступающего 1937 года. Несмотря на протесты самых авторитетных международных правозащитных организаций и специального представителя ООН, карательная система пошла на грубейшие нарушения норм процессуального и материального права, плюнув на международное право, на Всеобщую декларацию прав человека. У страха глаза велики. Международный позор и осуждение менее опасны для НАЗАРБАЕВА, чем два дерзких казаха, всколыхнувших и пробудивших страну от 25‑летнего анабиоза, в который вверг страну его режим инъекциями приторно слащавой лжи «Хабара», фиктивных выборов с мультяшным компьютерным голосованием и декоративными карусельными явками избирателей, устрашающих казней гражданских лидеров и восставших нефтяников Жанаозена, зрелищных дурилок за наш счет типа премии Муз-ТВ, сказок об «особой азиатской модели развития», убеждавших весь мир в том, что, мол, казахстанцы только вылезли из неандертальских пещер, но по счастливой случайности им страшно повезло, что их лидером оказался столь выдающийся учитель демократии.
Оглашение неслучайно было осуществлено
28 ноября. Технология предания забвению преступлений власти давно отработана до автоматизма. Как и технология смешения имен патриотов с грязью. Как и технология подмены устраненных со сцены истинных гражданских лидеров ручными сексотами-демагогами, моральными уродцами-гномиками, публично благодарно и раболепно облизывающими руку кормящего их деспота и не считающими при этом зазорным попутно приторговывать даже последним гнилым луком, отжатым у своих запуганных, одураченных подзащитных в обмен за свою «правозащитную» деятельность.
Как точно заметил Томас КАРЛЕЙЛ, что революции задумываются романтиками, а плодами пользуются мерзавцы. После заточения Макса и Талгата наше общество вступает в последнюю стадию агонии авторитаризма — стадию именно таких мерзавцев, перед которыми властью поставлена задача стравливать, раскалывать общество, максимально ослаблять голос протеста. Желающих заработать на этом этапе есть и будет достаточно. Многие сексоты, «благодарящие мудрого президента» и призывающие к политической культуре и «начать реформы с самих себя», уже известны обществу.

Ерлан САИРОВ:

— У нас демократия «специфическая», она существует для «своих» НПО, политических партии, граждан. Есть еще «чужие» — с отличительным от властей мнением. Вот в отношении их власти применяют силу закона. Я напомню, что слово «оппозиция» означает просто другую позицию. Нам всем нужно остыть, подумать и начать национальный диалог. Диалог: как нам дальше быть? Общество с каждым днем взрослеет, хочет быть услышанным. Думаю, во власти еще есть разумные люди, которые способны наладить обратную связь со всеми категориями населения. В конце концов, это наша страна! Всех, согласных, несогласных и прочих.

Айна ШОРМАНБАЕВА:

— Приговор за реализацию конституционных прав на свободу выражения, свободу мирных собраний, право на участие в управлении делами государства невозможен в демократической стране. Этот приговор — как угроза всем остальным, кто тоже хотел бы реализовать свои конституционные права.

— Какие методы в защиту Макса и Талгата вы предлагаете? Как можно их спасти от длительного заключения?


Ержан ДОСМУХАМЕДОВ:

— Главное — не быть благодатной почвой для зерен страха, которые бросает в наши головы Акорда. То есть тем, для чего и затеян весь этот акт публичной порки. Страх — единственное оружие, оставшееся в руках этой жалкой власти, поскольку за 25 лет у народа уже четко и ясно сложился детальный портрет ее звериного облика. У власти уже исчерпан не только арсенал цивилизованных доводов, адекватных мозгов, нравственного потенциала, но и аргументы типа «сначала экономика, а затем политика», так как упали цены на нефть. У власти исчерпан лимит доверия общества. Ей нечего сказать в свое оправдание. Вот почему она способна лишь молча подавлять нарастающий протест ради своего самовыживания, пользуясь инерцией страха, ранее посеянного в сердцах граждан. Что делать сейчас? Не молчать. Не сидеть сложа руки. Не слушать «шукуристов» и ватных фаталистов. Каждый день выдавливать из себя покорное быдло. Писать посты, комментарии. Показывать власти, что мысль народная не угасла, что сердца наши не скованы страхом. Сделать свои айфоны оружием разоблачения безнравственной власти, фиксируя ежедневно, ежечасно любые проявления авторитарного спрута, от аула до Астаны. Страница в поддержку Макса и Талгата должна дышать и расти, как богатырь, не по дням, а по часам. Она должна стать главной стеной обличения и позора режима. Она должна стать знаменем протеста с именами Макса и Талгата. Как Берлинская стена, на которой граждане ГДР выражали свой молчаливый протест, в одно утро 1989 года стихийно переросший в протест активный, снесший ее — как и коммунистический режим — навсегда.
Чем больше народ боится, тем наглее власть будет разделываться с его представителями поодиночке. Только вместе мы сила. Только вместе мы сможем вырвать Макса и Талгата из лап режима. Наша цель — полное освобождение героев. Время переговоров заканчивается. Эта власть не способна к диалогу. Она сама перешла на язык ультиматумов 28 ноября. Народ издревле прекрасно владеет этим языком. Хорошо смеется тот, кто смеется последним. Последней всегда смеется История. Устами народа. И никогда последними не смеются упрямые авторитарные деспоты. Вопрос лишь в том, когда наступит момент истины — через 25 лет или 60, как на Кубе.

Ерлан САИРОВ:

— Сейчас нужно сделать все, чтобы освободить ребят. Есть механизмы, мы скоро будем праздновать 25‑летие независимости страны, власти могут амнистировать Макса и Талгата. Это касается и многих других, которые по тем или иным причинам угодили под уголовные статьи. В наших условиях это оптимальный шаг, чтобы власть показала, что она способна миловать и прощать даже ретивых. Думаю, и общество поймет. Окончательную точку поставит история. История всегда повторяется…

Айна ШОРМАНБАЕВА:

— На мой взгляд, необходимо широкое информирование об этом деле, в ходе следствия и суда оно было недостаточным. Кроме того, нужно добиваться международной поддержки освобождения Макса и Талгата.
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

комментариев

Ваше имя: *
Ваш e-mail: *

Подписаться на комментарии

Введите два слова, показанных на изображении: